У нас вы можете скачать книгу о музыке ванда ландовска в fb2, txt, PDF, EPUB, doc, rtf, jar, djvu, lrf!

В Париже дебютировала как клавесинистка, с начала гастролировать. В , и выступала в России играла также в доме Л. Толстого в Ясной Поляне. Посвятив себя исполнительству и изучению музыки вв. В руководила созданным для неё классом игры на клавесине в Высшей школе музыки в Берлине. Вела курс высшего мастерства игры на клавесине в Базеле и Париже. В создала в Сен-Лё-ла-Форе близ Парижа Школу старинной музыки при ней - коллекцию старинных музыкальных инструментов , куда съезжались ученики и слушатели из разных стран.

Ландовска прославилась главным образом как клавесинистка и исследователь старинной музыки. С её именем связано возрождение интереса к клавесинной музыке и старинным клавишным инструментам. Немного терпения; это просто вопрос времени. У нас имеется целое столетие широких и полнозвучных, неистовых и липких мелодий.

Если у новейшей короткое дыхание, если она несколько астматична и не предназначена для сильных легких, — опять-таки, тем лучше! Будьте уверены, здесь нет ничего похожего на большой курчавый кочан капусты — превосходной миланской капусты в пору полного цветения. Давайте же разведем кое-где и более изящные цветы.

Наш сад достаточно велик, не правда ли? Для нас, исполнителей, а также композиторов существует мучительная тайна: Что он способен воспринять? Каким образом музыкальный текст фиксируется в его ушах, мозгу? Я задумываюсь об этом даже прежде, чем коснуться проблемы вкуса — симпатии или антипатии, испытываемых каждым слушателем. Теперь у нас есть микрофоны, чтобы записывать и воспроизводить звук, но у нас никогда не будет точной картины того, что воспринимает слушатель, и мы никогда даже приблизительно не узнаем, что же на самом деле он слышит.

А кто из нас знает, как, собственно, слушать? В жизни мне встречалось очень мало людей, которые действительно по-настоящему слышали. Ведь все слышать — это еще не означает непременно все понимать.

Я, например, не требую от слушателя, чтобы он мог расчленить все, что содержится в моем исполнении. Требовать такого было бы слишком много. Но, ради Бога, не подменяйте искусство слышания общими идеями! Когда слушаешь шедевр в первый раз, то оказываешься поражен, подавлен, захвачен и бываешь не в состоянии распознать или разглядеть какие-то детали. Ты пассивно подчиняешься и позволяешь себе быть захваченным красотой шедевра.

Но постепенно, в процессе последующих прослушиваний начинаешь чувствовать, различать и улавливать сначала отдельные эпизоды, затем воспринимать их в контексте целого. Первое соприкосновение с великим произведением искусства — это потрясение, сравнимое с тем, что мы переживаем, когда впервые встречаем человека, которому суждено сыграть важную роль в нашей жизни.

Понемногу мы осмеливаемся приблизиться к нему, пристальнее вглядеться, и вскоре нам становятся знакомы его характерные движения, взгляды, выражения. Так же образуются узы - интимные — между нами и шедеврами. Они делают его близким нам. Чем богаче произведение, тем больше этих уз и тем сильнее они. Какова природа нашей эмоциональной реакции на музыку? Не далекое ли это воспоминание о чем-то любимом нами в детстве? Быть может, внутри нас оказалась задетой скрытая струна, и нас охватывает полное наслаждение?

Не ностальгия ли это? Порой наши реакции основаны на обнаружении самого неожиданного внешнего сходства. Какая-нибудь фраза Куперена может напомнить изгиб шопеновской мелодии, а некая последовательность у Скарлатти — вызвать в памяти бетховенское построение или испанский народный танец.

Нам нравится держаться этих ассоциаций. Это нечто такое, на что можно опереться или от чего оттолкнуться. И мы чувствуем их бесценную помощь, когда вступаем в область неизведанного. Незнакомая ранее музыка, действительно, требует исследования, и не потому ли осторожный слушатель обычно враждебно относится ко всему новому?

Бесстрашный же, наоборот, жаждет оригинальности любой ценой, предпринимая это исследование на свой страх и риск, в соответствии со своей способностью впитывать неизвестное. И лишь сноб, всегда колеблющийся между самыми противоположными эстетическими течениями, может примириться с чем угодно и остаться целым и невредимым после любой рискованной акции. Однако только тот, кто знает, как слушать, будь он робок или бесстрашен, сможет проникнуть в самую суть музыки.

Но в этом есть нечто большее, чем простое слушание. Что можно сказать о бесчисленных впечатлениях — столь детальных, что они едва уловимы, — которые вызывают звуки или сочетания звуков? Значение этих впечатлений возрастает по мере того, как они захватывают нас; они-то и порождают специфический образ или особое выражение — именно такое, а не иное. Кто когда-нибудь постигнет, что именно вызывает эти нюансы наших чувств?

В то время как один приходит в трепет, слыша какую-то мелодию или гармоническую последовательность, другой остается равнодушным… То, что кажется наивностью одному, для другого будет чем-то раздражающим или сложно-философским. Вот оно — вечное и постоянное взаиморасхождение между интерпретатором и слушателем, Но и это не все: Мы часто слышим, как музыканты всерьез обсуждают акустику зала. Безусловно, она очень важна.

Но я признаюсь, что проблемы акустики никогда не были главными в моих размышлениях. Ну и что ж, очень плохо для публики, которая вынуждена будет слушать мое исполнение баховской фуги дважды, не прося об этом! Если же зал имеет плохую акустику, усиление звука — не решение проблемы. Задача интерпретатора должна состоять в том, чтобы раскрыть уши своих слушателей.

Меня больше всего интересует степень и качество восприятия тех, для кого я играю или говорю. Меня интересует хорошая акустика душ моих слушателей. Для того, кто знает, как слушать, музыка и слова имеют смысл.

Вы, мои слушатели, с вашей исключительной реакцией на музыку, с вашими живыми богатыми образами, вы подобны резонирующим струнам. Вы представляете собою самую прекрасную духовную акустику! Знать, как надо слушать, — большое искусство! Не будем заблуждаться на этот счет. Мы, исполнители, стремимся к напряженным, страстным, волнующим акцентам, тончайшим звучностям, к чистоте линии и идеальному ансамблю.

Мы ищем и, порой кажется нам, достигаем своей цели. Но как редко встречаем мы идеально понимающих слушателей, обладающих обостренным вниманием, развитым вкусом и слухом. Я никогда не забуду дней, проведенных в доме Толстого, тех часов, когда играла для него. Он обожал музыку, умел восхищено слушать. Играя, я наблюдала за этим светящимся старцем с седыми волосами, нежными и проницательными голубыми глазами. И я могла видеть — как бы отраженным в зеркале — то волнение, которое музыка вызывала в нем.

Он упивался ею, погружался в нее. Он мурлыкал от удовольствия или же разражался заразительным смехом. Каждую пьесу он чувствовал с такой силой, что это придавало ему новую жизнь.

Мы читаем фразу — музыкальную или литературную, написанную несколько столетий назад. Она поражает и чарует нас. Но воспринималась ли она точно так же теми, кто жил в то время? Отличалось ли их понимание от нашего? И если да, то каким образом? Как мы можем объяснить парадоксы вкуса? Берлиоз, например, испытывал прямо-таки отвращение к музыке Гайдна, и нет оснований сомневаться в искренности такого его отношения.

Я зачитываюсь Полем Валери. Его юность — это время наступления Бетховена. Бодлер и Маларме были очарованы Вагнером; Валери — покорен Шуманом. Интересно, что сказали бы эти великие поэты, узнай они Баха и Куперена.

Я думаю, они были бы удивлены. Но тут же неожиданно говорю себе: Время тогда еще не пришло. Но заставить слушать это творение на клавесине означало бы насиловать их слух и оскорблять вкус. Никогда не забуду восклицания Никиша, бросившего мне: Но ведь этот инструмент всего лишь зеркало звуковой краски баховского оркестра. Краску эту не понимали и не ценили. Более того, ее презирали. Я помню, как Урбан , мой учитель по композиции, бывало, с усмешкой напевал фрагменты из Мессы h-moll.

Но мы прошли через Бетховена и Вагнера и наконец пресытились их музыкой. Достаточно прочитать литературные опусы Берлиоза, чтобы понять это. Теперь мы обращаемся к добаховской музыке.

Мы утоляем жажду в источнике Монтеверди. Мы возвращаемся даже к еще более раннему времени. Нас восхищают Жоскен Депре, Лассо, Окегем. Я никогда не забуду многочисленные аннотации Брамса к Скарлатти и Куперену. Они хранятся в библиотеке Общества друзей музыки в Вене. В своем энтузиазме по отношению к этой музыке Брамс зашел настолько далеко, что в издательстве опубликовал клавесинные пьесы Куперена.

Одного этого должно быть достаточным, чтобы успокоить тех, кто порицает брамсовский тяжеловесный романтизм. Меня часто занимает вопрос: Хотя я и не люблю пользоваться этими избитыми терминами, они в данном случае подходят. Обновление музыкальной выразительности, достигнутое романтизмом, принесло с собой прославление субъективизма и пренебрежение к истории искусства, то есть те зерна, из которых, конечно же, должно было произрасти невежество.

В то время как в начале этого столетия замечательные музыковеды одаряли нас своими в ряде случаев потрясающими открытиями, виртуозы, игнорируя их, упорствовали в своей приверженности рутине. Песни и фонограммы Спасибо, любимый учитель!

Вечер прощанья со школой Выпускной: Рекомендуемые материалы к Выпускному в детском саду Видео - Караоке Детский садик До свиданья, детский сад! До свиданья, детский сад! Если б не было школ Чему учат в школе? Песни и фонограммы Выпускной: Ирина Пономарёва - Детский сад наш дорогой. Песни для проведения праздников и развлечений. Рекомендуемые материалы по летней тематике Видео - Караоке Лето Бабочка, бабочка по небу летит Видео - Классика Вивальди.

Времена года Классическое наследие: Времена года - Лето. Август - Жатва для малышей Чайковский. Времена года для младшего возраста Музыка рассказывает о животных и птицах: Июль - Песня косаря для малышей Чайковский. Июнь - Баркарола для малышей. Музыка малышам Малыш и классика: Времена года Чайковский Александр Климов.

Христианские песни, фонограммы и музыка Сергей и Людмила Ершовы. Дом, в котором мы живём весна-лето. Музыкальные мультфильмы Времена года. Статьи к урокам Чайковский. Июль - Песня косаря. Мир духовной музыки Мир духовной музыки Светлый праздник. Пасха Тихая ночь Возвратись к нам, Рождество! Православная музыка сегодня От Рождества до Крещения. Рекомендуемые материалы по весенней тематике Уроки музыки Чайковский.

Апрель - Подснежник для малышей Чайковский. Март - Песня жаворонка для малышей Весна священная.

Игорь 0 комментариев 19.07.2014