У нас вы можете скачать книгу Туннель. Голубая лента Бернгард Келлерман в fb2, txt, PDF, EPUB, doc, rtf, jar, djvu, lrf!

В этот момент к автомобилю церемонно приблизился г-н Папе, старший стюард, человек с бледным, чуть одутловатым лицом; сопровождавшие его стюарды в белых куртках подхватили саквояжи, поданные шофером. Дама с алыми розами, улыбаясь, вскинула иссиня-серые сияющие глаза и последовала за старшим стюардом к сходням. Толпа репортеров устремилась за ней. Он беседовал с каким-то маленьким, очень важным господином с изящной седой бородкой, который быстро говорил по-французски с резким иностранным акцентом.

Директор Хенрики вежливо улыбался, но у него то и дело нервно вздрагивала бровь. Подошел стюард, и директор Хенрики, тотчас обернувшись к нему, извинился перед собеседником:. Торопливо пробравшись сквозь толпу пассажиров, директор Хенрики с большим достоинством и с выражением глубочайшего уважения приблизился к даме в небрежно накинутой на плечи шубке, прижимавшей к себе охапку роз, и отрекомендовался:.

Госпожа Кёнигсгартен смущенно улыбнулась, она едва слушала, что он говорит, и ответила вежливой, ничего не значащей фразой.

Ох, если бы люди оставили ее в покое, она так устала от разговоров! У нее был сильный венский акцент. Только в лифте он отважился пристальней посмотреть на знаменитую певицу. Легкий румянец на ее лице был кирпичного оттенка, упрямый рот резко очерчен, на верхней губе нежный золотистый пушок и мелкие жемчужинки пота. Он видел это лицо со сцены. В волнах музыки, в магическом мерцании софитов оно излучало какой-то внутренний свет. Достижения заокеанской техники поразили писателя-европейца, и, хотя вскоре после этого путешествия он выпустил в свет два романа и две книги путевых очерков, написанных в прежнем ключе, где-то в глубинах его сознания подспудно созревал замысел произведения, не похожего на все то, что было им написано до сих пор.

Оно должно было прозвучать как гимн техническому прогрессу и прославить людской ум и людские руки, покоряющие природу и ставящие ее на службу человеку. Через пять лет после путешествия Келлерман мысленно возвращается в Америку: Среди героев-американцев первое место принадлежит Маку Аллану. Он не только главный, но и самый незаменимый герой книги. С его помощью автор стремится довести до сознания читателя мысль о безграничных возможностях техники, то есть ту идею, которая и побудила писателя взяться за перо.

Увлеченный этой идеей, Келлерман оглядывается на многовековой путь научно-технических исканий и останавливает взор на одном из самых наглядных ее достижений — строительстве туннелей. Из различных видов сооружений такого рода его интересуют прежде всего подводные, и он изучает четырехтысячелетнюю историю развития этой необычайно сложной отрасли техники.

Он узнает, что в не столь давнем прошлом, в начале XX века, англичане сооружали в своей столице первый туннель под Темзой длиною в сто пятьдесят метров и завершили это строительство лишь в году после трех с половиной десятилетий упорного преодоления неисчислимых трудностей; что позднее в Америке и во многих европейских странах начали и частично уже закончили прокладку нескольких туннелей, например, туннеля под Гудзоном, строительство которого, уже подходившее к концу, Келлерман мог наблюдать во время своего пребывания в США; что вынашивались все новые планы, в том числе проект создания туннеля под Ла-Маншем, появившийся только в наши дни.

Келлерман не довольствуется малыми масштабами. Особенность эта обнаруживается и в фабуле книги. Туннель этот проходит под дном океана, соединяя Америку с Европой железнодорожным полотном длиной в пять тысяч километров. Темза или Гудзон, Дунай или Амазонка показались писателю слишком тесными, взор его манили бескрайние просторы Атлантики. Мы не устаем удивляться тому, что многие достижения технической мысли, созданные фантазией Жюля Верна, впоследствии получили реальное воплощение. В романе предсказано появление звукового кино, сверхскоростных поездов и аэропланов и многое другое.

И хотя не все мечты писателя сбылись, и, может быть, никогда не сбудутся, и прежде всего не построена подводная железная дорога, соединяющая два континента, смелые предсказания писателя о создании новых транспортных путей свидетельствуют о том, что автора действительно волновали насущные задачи развития техники.

Хотя в нем мы имеем дело с утопией социальной — автор набрасывает картину грандиозной перестройки жизни Германии, а частично и всей Европы без ломки общественного устройства, только с помощью реформы экономики, однако техническим проблемам века здесь также отведено почетное место.

В Анатоле, вымышленном захолустном городке какой-то европейской страны, внезапно обнаруживают нефтяные месторождения, и, как свидетельствует художественное исследование Келлермана, это приводит не к процветанию города, а к распаду нравов его обитателей.

Невеселая эта история была отдана на суд общественности за несколько месяцев до того, как на Германию опустилась ночь фашистской диктатуры. Как и следовало ожидать, имя Бернгарда Келлермана, демократа и гуманиста, к тому же никогда не скрывавшего своей симпатии к Советскому Союзу еще в году он был одним из основателей Общества друзей новой России , сразу же попало в списки писателей, неугодных нацистам.

Книга эта была включена в списки запрещенной литературы и публично предана огню на аутодафе, устроенном гитлеровцами в центре Берлина 10 мая года.

Двенадцать с половиной лет фашистского режима Келлерман прожил в так называемой внутренней эмиграции. Его носит вымышленный океанский лайнер, судьба которого тоже трагична.

Естественным кульминационным пунктом повествования является изображение кораблекрушения и его страшных последствий. И здесь реалистическое мастерство писателя достигает апогея. Катастрофа описана с необычайной достоверностью и воссозданием деталей, каждая из которых необходима. Лицо ее раскраснелось от волнения и свежего апрельского ветра, дувшего с моря. Не успел автомобиль остановиться, как к нему ринулись фоторепортеры и буквально обстреляли его беглым огнем магниевых вспышек.

Один из них вскочил на подножку и, точно пистолет, нацелил фотографический аппарат в лицо даме. Над головами проплыла кинокамера. Но дама принимала все это как должное, она была в хорошем настроении и смеялась.

В этот момент к автомобилю церемонно приблизился г-н Папе, старший стюард, человек с бледным, чуть одутловатым лицом; сопровождавшие его стюарды в белых куртках подхватили саквояжи, поданные шофером. Дама с алыми розами, улыбаясь, вскинула иссиня-серые сияющие глаза и последовала за старшим стюардом к сходням. Толпа репортеров устремилась за ней. Он беседовал с каким-то маленьким, очень важным господином с изящной седой бородкой, который быстро говорил по-французски с резким иностранным акцентом.

Директор Хенрики вежливо улыбался, но у него то и дело нервно вздрагивала бровь. Подошел стюард, и директор Хенрики, тотчас обернувшись к нему, извинился перед собеседником:. Торопливо пробравшись сквозь толпу пассажиров, директор Хенрики с большим достоинством и с выражением глубочайшего уважения приблизился к даме в небрежно накинутой на плечи шубке, прижимавшей к себе охапку роз, и отрекомендовался:.

Госпожа Кёнигсгартен смущенно улыбнулась, она едва слушала, что он говорит, и ответила вежливой, ничего не значащей фразой. Ох, если бы люди оставили ее в покое, она так устала от разговоров! У нее был сильный венский акцент.

Только в лифте он отважился пристальней посмотреть на знаменитую певицу. Легкий румянец на ее лице был кирпичного оттенка, упрямый рот резко очерчен, на верхней губе нежный золотистый пушок и мелкие жемчужинки пота.

Он видел это лицо со сцены. В волнах музыки, в магическом мерцании софитов оно излучало какой-то внутренний свет.

Ядвига 3 комментариев 03.03.2015